Афины, 22 июля 1971 года Его Преподобию, монаху Никодиму из братства иеромонаха отца Ефрема, что в Провате, близ Кариеса, на Святой Гope.

Любезнейший мой отец Никодим, всегда радуйся о Христе Иисусе, Господе нашем!

Месяц назад я получил твоё письмо. Из-за страшной занятости запаздывал с ответом на него, за что прошу у тебя прощения. Отвечаю кратко, ос­тавляя за собой полное право ещё раз вернуться к нашей теме в том случае, если ты пожелаешь что-то уточнить...

В первую очередь, дорогой отец Никодим, дол­жен тебе поведать одну горькую истину, которая, вероятно, тебе самому покажется парадоксальной и вызовет большое удивление. До настоящего момен­та я уклонялся, из соображений икономии, выра­жать свою позицию или же выражал её весьма прикровенно. Но теперь, когда дела зашли так далеко, что отдельные личности, имеющие, к не­счастью, пугливое сознание, присоединяясь к ста­ростльникам, становятся жертвами наглой пропа­ганды, направленной против Церкви, настало время сказать правду без околичностей и ничего не утаивая.

Итак, отец Никодим, те, кто, боясь экуме­низма, переходят к старостильникам, не выигрыва­ют ничего. Уходя от одной ереси, они попадают в другую. Конечно, они не осознают, что попадают в ересь, но это никоим образом не меняет истинно­го положения вещей.

Не думай, что я несправедлив или преувеличиваю. Я приведу доказательства в защиту своих взглядов. Что такое ересь, дорогой отец Никодим? Искажение веры Что же есть искажение веры? Нарушение дог­матов? Конечно, да, но это искажение не единствен­но. Искажением веры также является возведение до статуса догматов веры того, что догматом не яв­ляется.

То есть если кто-либо захочет сделать догма­том веры, условием спасения нечто второстепенное, пусть даже и хорошее, тогда он автоматически стано­вится еретиком! Хочешь, чтобы я привёл тебе приме­ры? Пожалуйста — известные евстафиане! Что же они сделали? Исказили догматы веры? Какие же? Может быть, о Святой Троице? Может быть, о двух естествах Господа? Может быть, об Ангелах? Может быть, о дьяволе и т. д.? Нет! Ни один догмат они не исказили. Но что же тогда они сделали? Они возве­ли в догматы веры, в условия спасения второсте­пенные вещи: безбрачие и невкушение мяса.

Церковь говорила: «Это всё и хорошо, и свято, и богоугодно, и достойно похвалы, но это не условия спасения и не догматы веры». «Нет! — в ярости кри­чали евстафиане. — Не воздерживающийся от брака и вкушения мяса не может спастись!» Что же случи­лось потом? Церковь на Гангрском соборе отлучила их как еретиков и провозгласила многие анафемы в их адрес. Хорошо и свято, дорогой отец Никодим, календарное единство (которого всё же никогда не существовало в Церкви повсеместно), но оно не яв­ляется догматом веры, оно не является условием спа­сения.

 «Нет! — кричат старостильники. — Нарушение календарного единства (но когда Церковь знала пол­ное календарное единство?!) лишило Церковь благодати, сделало её Таинства недействительными (слу­шай и ужасайся!), и, следовательно, новостильни-ки — вне благодати — а значит, вне спасения!»

Это жуткое утверждение, брат Никодим, со­держит страшную ересь и хулу на Духа Святого. Эти несчастные возвели до догматов веры, до усло­вий спасения... календарные и эортологические во­просы! Конечно, нет ничего хорошего в существова­нии двух календарей в сущей по всей вселенной Православной Соборной Церкви.

Плохо, очень пло­хо, что произошла смена календаря. Но совершенно недопустимо смотреть на календари... как на догма­ты веры и ставить в зависимость от них действи­тельность Таинств и достижение спасения. Пусть бы старостильники придерживались старого стиля, со­хранив, при этом общение с Церковью. Тогда бы не было никакой опасности. Но они дошли до того, что отклонились от Церкви с тем, чтобы не лишиться... благодати и спасения!

Я знаю, что среди старостильников есть люди, ко­торые не соглашаются с подобными богохульствами, но что толку, раз есть и другие, и, в первую очередь, это лидеры старостильников, придерживающиеся ере­тических взглядов? Послушай диалог, который мне

Ревнителям искренним, но «ревнителям не по ра­зуму». Какими могут быть симптомы этой болезни церковного созна­недавно пришлось вести с одним замечательным юно­шей, присоединившимся к старо стальникам:

Я: Почему ты ушёл из Элладской Церкви?

Он: Чтобы не находиться в общении с еретиками-экуменистами.

Я: Неужели все греческие епископы экуменисты?

Он: Нет, нет! Но они состоят в общении с патри­архом-экуменистом. А я не хочу поддерживать общение с теми, кто находится в общении еретиками-экуменистами.

Я: Ты считаешь, что календарь — это догмат ве­ры и что новостильники лишены благодати и нуж­даются в повторном миропомазании, как обращаю­щиеся из еретиков?

Он: Боже сохрани! Я нисколько не верю в эти бе­зумства старости л ьников. Я присоединился к ним только ради того, чтобы избежать, хотя бы косвен­но, общения с еретиками-экуменистами.

Я: Однако ты не избежал общения с другой ересью: утверждение старостильников, что кален­дарная реформа лишила Церковь благодати, — это не просто безумие (говоря твоими собственными словами). Это ужаснейшее богохульство и ересь.

Он: Но лично я не верю в эти вещи.

Я: Но ты всё-таки имеешь общение с теми, кто верит в них.

Он: Что же делать? Я вынужден из икономии терпеть их.

Я: Тогда почему же ты не терпел, пусть, из ико­номии, греческих епископов, состоявших в общении с патриархом?

Я: Видишь, к какому противоречию ты пришёл? Ты признаёшь, что большинство греческих еписко­пов являются православными. Однако избегаешь общения с ними, потому что они имеют общение с патриархом. Общения с экуменистами, пусть да­же опосредованного, ты не признаёшь. Но призна­ёшь в это же время самое что ни на есть непосред­ственное общение с теми, кто проповедует иную ересь и утверждает, что спасение зависит от кален­дарей! Так что же ты выиграл? Кроме того, не ду­май, что ты избежал косвенного общения с экуме­нистами.

Он: Как это?

Я: Послушай, ты стал жертвой искусных пропа­гандистов: старостильники до хрипоты в голосе кри­чат, что даже одна совместная молитва с патриархом и его единомышленниками делает нас подобными им, даже если мы думаем иначе, чем проповедуют они. Но если бы они были хоть немного последовательны в этом своём утверждении! Но где там, последова­тельны! Побывай, дорогой мой, в монастырях старостильников, прежде всего в Лаковриси, в Аттике.

Там ты увидишь автомобили, из которых выходят ново-сттильники, приехавшие сюда помолиться на ли­тургии. (Я слышал даже, что в воскресные дни но-востильников на службу съезжается намного больше, чем старостильников!) Даже в журнале, издаваемом монастырём, напоминается паломникам, желающим помолиться в обители, чтобы они были благопристой­но одеты и неприлично одетые люди в обитель не приходили. Это относится как к мужчинам, так и к женщинам и детям. Ни слова не сказано о том, что­бы не приезжали новостильники. Нет!

Единственная просьба — не приезжать в неподобающей одежде. Ес­ли просьба выполняется, вас больше ни о чём не спросят. Если просьба выполняется, то новостильни-ков радушно принимают для совместной молитвы и участия в богослужении. Мне известно немало случа­ев, когда старостильные священники, без всяких ог­раничений, допускали новостильников к Таинству Исповеди и даже к Божественному Причащению. То есть Таинства (Исповеди и Причащения) преподава­лись лицам, которых в другое время лидеры старос­тильников характеризовали как далеко отстоящих от истины и спасения, поскольку те принадлежат Эллад­ской Церкви, имеющей общение с патриархом. Полу­чается чудовищная неразбериха!

Итак, поскольку твои единомышленники участ­вуют в совместных молениях и общаются с нами, молящимися и имеющими общение с патриархом, ты, следовательно, имеешь опосредованное общение с последним! Так что же ты выиграл? Ты не толь­ко не избежал опосредованного общения с экуме­нистами, но оказался в непосредственном общении с еретиками другого рода...