К.С. Льюис, Избранный круг

Но все это чепуха перед чувством сопричастности


Однако я обещал дать совет, а он связан с будущим. О прошлом я заговорил, чтобы вы меня лучше поняли. Теперь скажу: я не думаю, что в так называемом «мире» действуют только похоть да корысть. У нашей страсти есть виды, которые не сведешь к корысти.

Конечно, мы ждем от круга каких-то выгод    денег, власти, права нарушать правила. Но все это чепуха перед чувством сопричастности. Очень удобно, что начальник тебя не отчитает, потому что он ― просто Перси. Но не в удобстве дело, скорее удобство ценно тем, что это знак: ты ― «свой».

Сказать не могу, как я хотел бы убедить вас, что эта страсть иск
лючительно, невероятно важна. Именно из-за нее мир такой, ка
кой он есть: все борются, ссорятся, соревнуются, обижаются, лгут. 
Конечно, не она одна в этом повинна, но ее доля очень велика. Ес
ли вы не спохватитесь, она станет определять ваши главные по
ступки с первых дней службы до той поры, когда уже на все
наплевать. Тут ничего и делать не надо. Все другое, если оно будет,
потребует сознательных и постоянных усилий, а здесь все пойдет
само собой, вас понесет течение.

Я не говорю, что вы в круг про
никнете, это уж как получится; но, топчась у неприступной грани
цы или победно ее прорывая, вы уже будете таким.

Кажется, я объяснил, что, на мой взгляд таким быть не надо. Но вы ― свободные люди, решайте сами, я только приведу два довода в свою защиту.

Вежливо и милостиво (а при вашей молодости еще и разум
но) предположить, что никто из вас еще не стал мерзавцем.

Что такое пытка Данаид, наполняющих пустые бочк? Это ― символ не одного порока, а всех, какие есть. Самая суть дурных желаний в том, что удовлетворить их нельзя.

Тяга в избранный круг ― именно такая...