Инициатор возвращения русской братии в Пантелеимонов монастырь: старец Прокопий. День памяти – 23 августа

Схиархимандрит Прокопий (Дендрин) был ученым монахом и богословом, чрезвычайным ревнителем православия. Он имел хорошее богословское образование и знал несколько языков, в том числе греческий, русский, болгарский. Конечно, при таких обширных познаниях в богословии он мог бы в течение своей долгой жизни ступить выше степени архимандрита. Но, отказавшись от славы, этой справедливой дани его ученым трудам, он глубоко похоронил в монастырском затворе свою известность и право на признательность современников.
Перу старца Прокопия принадлежит ряд книг: «Вопросы и ответы о предметах православной веры» (опубликована в Константинополе в 1835 году), «Путеводитель по Священному Писанию, составленный из творений Оригена и Феодорита, епископа Кирского» (напечатанный в Егине в 1831 году), «Христианское учение, или Священный катехизис» (издан в Афинах в 1841 году). В монастырском архиве Пантелеимонова монастыря хранится также неопубликованная рукопись его апологетического произведения «Против иудеев». С его слов также была записана история служения возобновителя Русика игумена Саввы Святогорца в 1803 – 1821 гг.

Сведений о старце Прокопии сохранилось очень мало. В основном, они основываются на свидетельствах о. Парфения (Агеева), о. Сергия (Веснина), о. Селевкия (Трофимова), о. Мины (Буданова) и материалах из архива Пантелеимонова монастыря на Афоне.
Родом схиархимандрит Прокопий был из города Одессы Херсонской губернии. В разных источниках его фамилия упоминается по разному: Дендрин, Дендринос, а в монахологии Пантелеимонова монастыря она записана как Папандопулос. По сообщению отца Мины (Буданова), происходил о. Прокопий из понтийских греков, проживавших в Херсонской губернии, в г. Одессе.

В каком году и при каких обстоятельствах старец Прокопий покинул Одессу и ушел на Святую Гору доподлинно неизвестно, однако судя по тому, что он близко знал игумена Савву Святогорца – устроителя Нового Прибрежного Русика, можно сделать вывод, что он был его сподвижником и подвизался в Пантелеимоновом монастыре на Афоне еще в период его игуменства (с 1805 по 1821 гг.). На тот момент монастырь хоть и сохранял по привычке в своем название имя «русского», но большинство братии в нем составляли греки.

Старец Прокопий, будучи родом из пределов Российской империи, пользовался среди греческой братии Пантелеимонова монастыря значительным духовным авторитетом. В 1839 году именно он был одним из активных инициаторов вторичного и окончательного приглашения русских иноков в Пантелеимонов монастырь и восстановления его как русской обители. Как свидетельствует ин. Парфений (Агеев), именно он возглавлял делегацию Русика, которую послали его старцы к иеросхимонаху Павлу и духовнику всех русских святогорцев старцу Арсению для приглашения русских братьев, и добился в этом деле успеха — русские иноки вернулись в свою обитель навсегда.

Обрадованный возвращением русских иноков в Пантелеимонов монастырь, архимандрит Прокопий торжественно произнес по-гречески приветственную речь, но многие выражения при этом произносил по-славянски. Зная многие языки, а особенно славянский и болгарский, говорил весьма пространно и столь эмоционально, что плакали все, русские и греки. Он сказал следующее:

«Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Что за праздник сегодня в русском монастыре? Что за торжество в Пантелеимоновой обители? Спросят нас афонские жители: что за радость в общежительной киновии? Что за веселие там? Они всегда учат плакать о грехах своих и не позволяют никому даже улыбнуться, а сегодня веселятся. Или они уже переменили свою жизнь? Или разрушили свои строгие общежительные уставы?! Отвечаем: мы не переменили своей жизни и не разрушили своих общежительных уставов, но радуемся и веселимся сегодня, потому что чадолюбивая мать торжествует о принятии в свои объятия возлюбленных и первородных старших своих чад, которые находились в странствии более ста двадцати лет, скитавшись по горам и по лесам, не имея «где главу преклонити». Сегодня они пришли к своей возлюбленной матери в объятия, и она радуется и веселится их возвращению.
И мы, младшие ее чада, веселимся и торжествуем, так как видим наших старших братьев, возвратившихся в свой дом здоровыми и благополучными. Сегодня пришли русские к своей возлюбленной матери в русскую обитель и привели дорогого гостя — русского чудотворца святителя Митрофана.
Но почему говорю «гостя»? Гость только погостит и вновь удалится. Пришли русские дети к своей матери и привели с собой святителя Митрофана уже не в гости, а на вечное жительство. В подтверждение этого сегодня был освящен ему этот храм. Да пребывает святитель Митрофан в этой русской обители во веки веков и да содержит при себе и русскую свою братию.
Но почему говорю «освятили храм»? Не храм освятили, а храмик только ради первого случая. А великий соборный храм во имя святителя Воронежского со временем выстроят себе русские посреди монастыря, если подаст им руку помощи благоденственное их Отечество — святая и славная Россия.
Но вновь говорю о радостном и восклицаю о торжественном: святая наша русская обитель радуется и торжествует о принятии своих чад вместе со святым Пантелеимоном и со святителем Митрофаном и со всеми своими детьми, греками и русскими, и торжественно взывает: «Радуйся и веселись со мной, Госпожа моя и Надзирательница моя, Пречистая Владычице Богородице! Вот расточенные мои чада русские вернулись ко мне в объятия. Радуйтесь и вы, многожеланные дети русские, со мною, матерью вашей, обителью русской! Сегодня у вас двойное торжество: вы радуетесь, так как обрели меня, свою возлюбленную родную мать, а я радуюсь, что вы пришли в мои материнские объятия после многолетнего вашего странствия и бедствия — скитания по чужим обителям. Хотя все они мои подруги и сестры, но среди них нет вашей матери. Я — единственная ваша мать, обитель русская! Я, единственная, могу вас покоить в этой короткой жизни и проводить на вечное блаженство. И я, возлюбленные мои дети, больше вас радуюсь и веселюсь, так как сподобилась увидеть вас в своих объятьях.
Как мне было грустно и скорбно смотреть на вас, любезных моих детей. И сколь мне было болезненно видеть ваше горестное бедствие, когда вы более 120 лет странствовали по Святой Горе Афонской! Теперь скажу о себе: и я терпела скорби, оставаясь без вас горькой, беззащитной сиротой, оборванной и обнаженной, лишенной любезных детей первородных и не имеющая ни от кого помощи. Да и кто мог меня облачить в праздничные одежды, как другие мои сестры убраны и украшены?! И как было мне скорбно называться русской обителью, а русских детей ни одного не иметь?
Каждый приходящий ко мне стремился в русскую славную обитель, имевшую богатых и славных русских сынов, и ожидал увидеть меня убранной и украшенной более моих сестер, но когда приходил, то находил меня сиротой, оборванной, обнаженной и с возлюбленными моими русскими детьми разлученной. И тогда, увидев эту печальную картину, отходил от меня со слезами, оставляя меня, сироту, горько плакать. Пребывала я в таком сиротстве 120 лет. Сейчас же это скорбное время позади. Сегодня веселие и торжество, сегодня возлюбленные и первородные мои дети русские возвратились в мои материнские объятия. Теперь я уже не сирота. Отныне они, мои любезные дети, меня, свою родную мать, украсят более всех моих сестер, и буду я прославленна по всей Святой Горе Афонской!»»

Кончина старца Прокопия была особенно знаменательна тем, что, произнеся все возгласы при чтении ему утрени, по возгласе на первом часе: «Боже ущедри ны и благослови ны...» — он незаметно скончался. Было это 11/23 августа 1848 года.
Подготовил Сергей Шумило
Использованы материалы из книги: "Русский Афонский Отечник XIX - XX веков". Т. - Святая Гора, Русский Свято-Пантелеимонов монастырь на Афоне, 2012


Источник: http://afonit.info/biblioteka/podvizhniki-monastyrya/initsiator-vozvrashcheniya-russkoj-bratii-v-panteleimonov-monastyr-starets-prokopij-den-pamyati-23-avgusta