Я увидел Христа!

Старец рассказывал иеромонху Г.:

«Молясь Христу, я ощу­щал некое затруднение. Вот Матерь Божия - Она для меня как родная Мать. Святая Евфимия – тоже родная. Я её зову: "Святая ты моя Евфимьюшка!.." А молясь Христу, я чувствовал затруднение. К Его иконе я прикладывался со страхом. И когда во время Иисусовой молитвы мой ум иногда отходил от Хрис­та, меня это не расстраивало. "Кто я такой, чтобы пос­тоянно иметь свой ум во Христе?" - говорил я себе. И вот произошло то, о чём я хочу тебе рассказать.

Был вечер после праздника Обретения главы Честного Предтечи, канун памяти святого апостола Карпа… Я чувствовал себя невесомым, воздушным. Никакой охоты спать у меня не было, и я подумал:

"Дай-ка я сяду напишу что-нибудь про батюшку Тихона и пошлю это сестрам в Суроти".

До восьми тридцати по-святогорски я написал около тридцати страниц. Спать мне не хотелось, но я решил прилечь, потому что немного устали ноги.

Начало светать. До девяти по-святогорски (при­мерно шесть утра по-мирскому) я ещё не уснул. И тут я увидел, как исчезла одна из стен моей кельи (та, что в сторону мастерской, возле неё стоит кровать). Я увидел Христа - в Свете, на расстоянии примерно шести метров от меня. Я видел Его сбоку. Волосы Его были светлыми, а глаза голубыми. Он мне ничего не говорил, только смотрел - но не прямо на меня, а как бы чуть в сторону.

Я всё это видел не телесными глазами. Тут телес­ные глаза открыты ли, закрыты ли - никакой разницы нет. Я всё это видел глазами душевными….

Увидев Его, я подумал: "Как же они могли в такое Лицо плевать? Как же они - не боявшиеся Бога лю­ди могли к такому Лицу прикоснуться? Как они мог­ли вколачивать в это Тело гвозди? О, Боже мой!.."

Я был поражён. А какую я испытывал сладость! Какое радование! Я не могу описать словами эту красоту. Она была тем, о чём говорится: "Красен добротою паче сынов человеческих". Вот какой была эта красота. Я никогда не видел ничего подобного ни на одной из Его икон. Одна только, не помню уже, где я её видел, - была немного похожа.