Хорос и паникадило

Но главное, что бросается посетителю в глаза,— это особое устройство паникадила, свешивающегося с купола; его устройство очень характерно для афонских церквей и, если не ошибаюсь, представляет их главную отличительную черту.

Это — так называемый хорос. Он представляет собой громадный обруч или венец, украшенный литыми изображениями двуглавых византийских орлов. Он висит на цепях; диаметр его приблизительно равен диаметру барабана купола.

На этом обруче, составленном из множества ажурных медных (кое-где - серебряных) дощечек-граней, поставлены свечи; внизу к граням обруча привешены лампады, иконки, стеклянные шары, шелковые кисти, страусовые яйца и т. п.

В центре хороса, на массивной цепи, спускающейся из самой середины купола, висит обычное наше паникадило со множеством свечей. Такие паникадила, напоминающие несколько по своей форме виноградную гроздь, мы привыкли видеть в наших российских церквах, особенно в московских...

Хорос зажигается лишь в особо торжественных случаях, когда бывает торжественный полиелей; это — своеобразная церковная иллюминация: когда начинают петь полиелейные псалмы, то зажженный хорос заводится монахом-лампадарием и начинает раскачиваться, в то же самое время среднее паникадило раскачивается в другом направлении.

Таким образом, хорос и паникадило, ходя ходуном, создают своеобразную и причудливую игру света, очень любимую греками и, вероятно, немало способствующую вящей торжественности богослужения.

Кто видал константинопольские греческие храмы, тот, вероятно, помнит, что они производят впечатление общей неряшливости и бедности: нет того богатства блестящего золота и серебра, которое поражает посетителя наших московских храмов.

В этом отношении, могу сказать, афонские храмы произвели на меня как раз обратное впечатление. Они мне очень напомнили храмы матушки-Москвы своим богатством риз и утвари.

Храм ксиропотамский произвел на всех нас прекрасное впечатление, хотя и несколько иное (лично на меня), чем я ожидал. Признаюсь: я ожидал увидеть поблекшую старину, древние фрески, покрытые многовековой, въевшейся в них пылью, мистический густой полумрак.

Вместо этого я увидел богатый, чистый и блестящий храм, наполненный приятным рассеянным светом, лившимся из купола и из скрытых боковых окон.

И.А. Гарднер, Афон Впечатления и воспоминания. К оглавлению...

И.А. Гарднер (1898-1984)