Паисий Святогорец

Притча о трех европейцах

(Перевод по книге иром. Христодула - ред Афонский портал)

Во времена старца Паисия грков волоновал вопрос: что может случиться теперь, когда открывают границы с Европой, и Грецию наводнят иностранцы? Они завладеют землей. Они будут управлять страной, введут  электронные паспорта... - Старец Паисий пытался показать грекам, что опасность не во внешнем, а во внутреннем отступлении от Бога. Бессмысленно бороться против внешних опасностей, если сам ты живешь не по Богу. - Афон

Однажды в летний день, сидя в тени старой маслины, группа паломников высказала подобное беспокойство. Их внимательно слушал Старец, и, когда они закончили и ожидали послушать его мнение, он сказал:
- Расскажу вам одну историю, которая будет и ответом на ваше беспокойство:

"Было три европейца: один врач, другой метеоролог и третий - часовой мастер. Эти трое подумали, что поскольку они образованы, то, придя в Грецию, могли бы заработать много денег. Итак, они отправились, перешли границу и заночевали на одной мельнице.
Мельник, как только их увидел, принял их с радостью и пригласил в свой бедный дом. Он стал готовить обильную и вкусную еду и, когда приготовил, накрыл на стол и пригласил их всех вместе покушать.

Европейцы ели размеренно, понемногу, поскольку издавна привыкли соблюдать диету. Мельник постоянно их уговаривал поесть. Однако они благодарили и показывали, что очень o хорошо поели. Мельник, однако, был другого "образца": ел, как мы говорим, "пока не лопнет", и не оставил на столе ничего. Выпил и воды много и, как будто ему не хватило этого, пошёл и принёс блюдо абрикосов. Европейцы взяли по одному, тогда как мельник съел все остальные абрикосы. И потом сделал нечто такое, чем сильно изумил европейцев: пошёл принёс два камня, и ими раскалывал ядра абрикосов, и ел их!

Врач деликатно наклонился к двум остальным и сказал:

- Если он предложит нам ночевать на мельнице, не соглашайтесь. Он от обжорства, я уверен, лопнет вечером, и нас могут обвинить в соучастии.
Итак, в то время как европейцы беседовали между собой, пропел на дворе первый петух, и мельник говорит им:
- Пойдёмте, братья, двенадцать часов ночи! Пойдёмте спать, потому что и у меня работа и вам в путь!
Они выразили желание устроиться на ночлег на дворе в каком-нибудь месте.

Но мельник возразил:
- Ну, благословенные, зачем ночевать на дворе? Хватит места на мельнице, ночью будет сильный дождь, "как из ведра".
- Нет, - настаивали они, и в конце концов заночевали на дворе. Ночью прошёл ливень и они промокли. Когда рассвело, вышел мельник и сказал:
- Не говорил ли я, что будет дождь и вы промокнете? Проходите в дом, уже шесть часов, просушитесь и позавтракаете.
- Не лопнул! - сказал удивляясь, едва увидев его, врач.

И обратился к мельнику:
- Как тебе удалось после такой еды не заболеть ничем?
- Благословенный, ты не видел, сколько воды я пью постоянно. Вода здесь у нас очень полезная для пищеварения, и, кроме того, все те горькие косточки от абрикосов, которые я съел, помогли и пища усвоилась, и даже через несколько часов я уже хотел есть!

Тогда взял слово метеоролог:
- Ладно с едой! Я хочу тебя спросить вот о чём: я учился в университете, изучал метеорологию, но вчера не понял, что будет дождь. Как ты знал и даже был уверен в этом?
- Э, благословенный, простая вещь! Вчера весь день свиньи валялись в грязи!

Наконец заговорил и часовой мастер. Спросил его, как он, не имея часов, узнал вчера вечером, что было двенадцать часов ночи, и сказал им идти спать, и сейчас, утром, что было шесть часов.
- Э, благословенный, и ты об этом спрашиваешь?! Вечером, когда мы ели, пропел первый петух: тогда было двенадцать часов ночи. Когда пропел второй - три, и когда пропоёт третий - будет шесть часов утра.

Европейцы переглянулись между собой взглядом, выражавшим полное разочарование и сказали:
- Давайте уходить из Греции. Здесь нам не укорениться! Если неграмотный мельник знает всё, каковы остальные?
И возвратились в Европу".

Старец никогда не делался учителем, не хотел советовать, прибегая к различным идеям, и не давал человеческие заповеди, а тем более не боролся ни с кем. Умел говорить просто и в притчах,  он  звал к поканянию души, а не к борьбе с врагами. 

Еще старец говорил:

Друзья, поймите, внешние обстоятельства - это всего лишь форма, в которую облекаются наши мысли и душевные настроения.