Ужели ж, кто уйдет со Святой Горы в мир, тот уж и погибший?

Таким образом, Пасха на Афоне в пустыни была единс­твенною из всех торжественных дней бывалой в жизнь мою Пасхи, и я искренно признаюсь, что все радости, все наслаждения и забавы света ничтожны в сравнении с здешнею Пасхою, все равно как ничтожна бледная мишура пред чис­тым золотом.

На другой день пред обеднею совершен был крестный ход со святыми мощами (литания) по окрестным монастырским келлиям и виноград­никам при бесчисленных ружейных выстре­лах зргатов (рабочих). Наше торжественное пение, слившись с грохотавшим вдали эхом выстрелов, переливалось по скатам соседних холмов и по цветущим рощам и самую природу освящало Божественным приветом: «Христос воскресе!»

Все мы теперь веселы и рады, а главное - безмятежны. О, я понял уже, я уверился опытом, что весть Господь, как уте­шать и радовать рабов Своих, ради любви Его оставивших мир и все, что льстит чувствам и мысли, и терпящих строгую жизнь отшельни­чества в пустыни! Что было бы со мною теперь в Вятке! У вас друзья,.народ и знакомые, праз­дничное угощение, отягощение желудка, а и того более — совести, рассеяние и блазнитель-ные думы и прочее и прочее.

 Когда найдет на меня это раздумье, я не могу, да и не знаю, как достойно благодарить Господа и Владычицу за удаление меня от мира. Я теперь не желаю утешений земных и радостей света, потому что наша пустыня совершенный рай и выше всех при я тностей, какими дарят нас люди и мир.

Служба у нас теперь обыкновенная, как и в России, — короткая, время бесподобное, и весна в полном своем развитии. Чего ж еще более? Как не жить здесь нашему брату? Однако ж редкие, особенно из русских, уживаются.

«Ужели ж, кто уйдет со Святой  Афонской Горы в мир, тот уж и погибший?» -   возразите вы. Этого никто вам не говорит, а только неоспоримо то, что всякий выходец отсюда меняет вер­ный путь своего спасении на сомнительный и трудный. Бывает иногда, и очень не редко, что Сама Богоматерь не выпускает отсюда тех, кого любит особенно.

Таковые чуть только начнут (по здешнему выражению) калабалычиться, то есть смущаться противными помыслами, заболевают, и это бывает признаком наступающей смерти. Больного в подобном случае обыкновенно тот­час постригают в великую схиму, каждый день напутствуют Святыми Тайнами, и редкие встают со своего смертного одра. Иногда и необыкно­венные откровения и явления Богоматери неко­торых беглецов отсюда останавливают здесь.

Письма святогорца к оглавлению

Иеросхим. Сергий Веснин. Письма святогорца. 

1844 г., Афонская Гора. Русский монастырь